Михаил Мамиашвили: Виктор Лебедев был одним из лидеров в своем весе

Вторая часть интервью с президентом Федерации спортивной борьбы России.

 

В Париже завершился Чемпионат мира по спортивной борьбе. Для российской сборной данное соревнование получилось весьма провальным. Борцам из России не удалось добыть ни одной золотой медали. Итог чемпионата: пять серебряных и столько же бронзовых медалей.

Еще одним неприятным событием в Париже стало поражение лидера сборной по вольной борьбе Абдулрашида Садулаева в финальной схватке против американца Кайла Снайдера. Российские болельщики были уверены, что в главном поединке между двумя олимпийскими чемпионами, борец из Дагестана одержит победу.

Какие выводы из этих неутешительных результатов сборной команды сделает Федерация спортивной борьбы России мы узнаем совсем скоро. А пока КАВПОЛИТ публикует продолжение интервью с президентом ФСБР Михаилом Мамиашвили, которое было записано в промежутке между Чемпионатом России и Чемпионатом мира.

— Вы сами понимаете, что спорт накачивает в человеке страсть. И когда ты болеешь, а потом судейство неверное. Масса претензий к судьям, масса претензий, миллион…

— Давайте так: основная задача чемпионата страны – это отбор в национальную команду, формирование сборной команды. По результатам чемпионата страны формируется состав. Состав не для участия в Чемпионате мира или Олимпийских играх, а для того, чтобы он готовился к Олимпийским играм, Чемпионату миру, Чемпионату Европы. Для этого существует еще целая учебно-тренировочная и соревновательная логистика, куда каждый из спортсменов, который отбирается в состав, будет иметь возможность выбраться.




Вот, к примеру в Назрани прошел Чемпионат России, они сейчас спокойно выйдут на очень серьезный турнир в Польшу, где будут бороться практически все лучшие борцы со всего мира. И в первую очередь, нам нужен не чемпион России, а чемпион, который чемпион России, хорошо, если это так, Чемпион России, который выиграет у всех своих основных конкурентов на крупнейших международных соревнованиях.

Справедливости ради нужно заметить, что я назвал несколько фамилий, которые стали выдающимися борцами, но никогда не были чемпионами Советского союза. Этот тот же Камандар Маджидов, Мнацакан Искандарян, и Левон Джулфалакян.

И если бы четкий формат – выиграл Россию – поехал, мы бы этих фамилий не узнали. Но тем не менее, чемпионы в своих категориях выезжали. И к сожалению, не добивались достойного результата.

— Но вы же известны всем как справедливый человек…

— Ну, может быть.

— Возьмем якутский прецедент, когда сборная Дагестана снялась и покинула турнир. Там на грани что-то было. Этот конфликт с Лебедевым. Я просто не знаю человека в Дагестане, который считал бы, что это законная победа. И вот едет он на Олимпиаду, и проигрывает в самом начале. То есть и парень подорван был и так далее. Вот, что происходит за кулисами, за рамками ковра? Как решаются некоторые вещи и почему они так решаются?

— Максим, знаете, самая простая и достаточно комфортная позиция – это быть максимально справедливым, искренним и честным, не принимая решения, находясь вне зоны ответственности.

Начнем с того, что Лебедев в этой весовой категории – это единственный спортсмен, который является чемпионом, призером Чемпионата страны, мира, предолимпийского. Значит, те спортсмены, которые  так или иначе претендовали в состав, в этой весовой категории, им тоже была представлена возможность проявить себя на крупнейших международных соревнованиях.

К сожалению, они не сумели даже приблизительно показать результат, который от них ждали. И на мое мнение, что действительно одним из лидеров в той весовой категории на тот момент являлся Витя Лебедев, который это доказал и на международной арене и на предолимпийском чемпионате мира в Соединенных Штатах Америки, завоевав бронзовую медаль и достойно выступив.

Но мы же знаем, в какие условия попал Витя Лебедев, когда его пытались не допускать до Олимпийских игр в связи с его прошлой дисквалификацией за употребление препарата.

Чемпионат России 2016 г. в Якутске. Фото: ФСБР

— Да, давление было серьезное на него.

— Да, и мы же тоже помним, когда в 12 часов ночи и в 6 часов утра при такой серьезной сгонке веса, при подготовке к самому значимому мероприятию в жизни любого спортсмена, приход допинговых офицеров и условия, в которые он был поставлен… Еще раз хочу сказать, что в этой весовой категории на тот момент он был одним из лидеров.

— А почему тогда он не мог в Якутске победить объективно? Я не встречал дагестанца, у которого было бы другое мнение (от Сажида Сажидова до других выдающихся борцов и простых ребят).

— Я глубочайшее уважение испытываю не только к Сажиду и к моим братьям, которые многие-многие годы мы спорим, доказываем друг другу…

— Причем там же тоже сначала отказался, потом согласился. Потом отказался сам Лебедев. Он же сам все ощущал.

— Да, ну, если задать сегодня вопрос любому якутскому болельщику, поверьте мне, позиция будет совершенно другая.

— А чем было вызвано то, что он отказался сначала от своей победы, потом опять вернулся к своей победе?

— Я на этот счет с Лебедевым не разговаривал.

— А говорили как раз, что вы разговаривали. Не было такого?

— Нет, именно на эту тему не разговаривал. Я предложил формат решения вопроса, который на момент проведения Чемпионата России в личном диалоге (и в том числе, с представителями Дагестана), я предложил формат, который всех устроил.

— А вы ощущаете это огромную национальную конкуренцию? Ведь каждый борец – это не просто борец, российский гражданин, в случае победы всенародный любимец. Но это еще и аварец, чеченец, осетин, ингуш. Это давление региональных федераций.

— Скажем так, территориальное. Территориальное, потому что тот же Мусукаев, он не дагестанец. Хотя, в Дагестане тренируется и представляет команду Дагестана и Кабардино-Балкарии.

— И Билял Махов – кабардинец.

— Да, конечно, он представлял Хасавюрт, Дагестан. Тот же, к примеру, Евлоев Муса, он выиграл сейчас Москву (чемпион России), он представляет Калининград, но тем не менее, я не думаю, что есть один ингуш, который так или иначе…

— Большое давление этих федераций?

— Конечно. И это нормально. Я к этому нормально отношусь. Наверное, плохой был бы тренер, глава, президент федерации, неважно это Дагестан, Якутия, Красноярский край, который равнодушно относился бы к процессу, который происходит и так или иначе отражается на его спортсменах. И я к этому нормально отношусь. Я категорически не могу согласиться с тем, что решение вопроса – это проявление некой агрессии.

— Вы вот эту драку имеете в виду?

— Это отталкивает от нас зрителей, к огромному сожалению, это отталкивает.

— Почему участились драки в последние чемпионаты? Вот в Якутске практически драка была, в Назрани была пресечена сразу. Раньше не было такого.

— Максим, я не хочу сейчас возвращаться к событиям 15-летней давности.

— То есть бывало, что и раньше страсти закипали?

— Когда БТРы присутствовали, чуть ли не регулярная служба. Но вопрос-то в другом: самое главное, чтобы искоренить, не допустить возможности тех сил, которые так или иначе хотят дестабилизировать… Потому что очень легко спровоцировать тех людей, которые действительно искренне любят и переживают за своих любимцев, за представителей той или иной национальности.

Драка на Чемпионате России 2017 г. в Назрани. Фото: ФСБР

— Конечно, народ-то горячий, там кавказцы все.

— Да неважно, это могут быть и представители центральной полосы России, у них тоже огромное количество…

— Якуты…

— Выжить в минус 50 надо быть горячим, конечно, и борцы они хорошие. Поэтому очень легко спровоцировать людей, которые тем более детальны в этих нюансах, в том числе и в судейских не всегда разбираются.

— А хоть один судья был когда-либо наказан? Это не мой вопрос, это вопрос, который задают сами зрители. Наказан за неправильное судейство? Ведь борьба – это такое дело, это же, знаете, это не как футбол, где пенальти назначен и все.

— Ну, почему все?

— В борьбе разбирается каждый человек, который…

— Максим, скажи, пожалуйста, каждый чемпионат по футболу проходит и мы слышим какой вопрос? – Судейство.

— Понимаете в чем разница: дело в том, что многие сидят перед диваном с пузом, условно говоря, с пивом и все разбираются в футболе, а борьба – это такая специфическая вещь. У вас тут зал, в зале 5000 человек, из этих 5000, за исключением женщин, да и женщины…

— Смотрят.

— Практически все понимают, что там происходит. Я, условно говоря, не понимал, я сам не борец. Но вокруг меня (я вот сидел в Назрани) все понимают каждую деталь, кто там как прошел, куда, как бросок засчитали, не засчитали, и так далее.

— Максим, я еще раз хочу повторить: я прекрасно понимаю тех людей, которые переживают и болеют за своих любимцев, за своих воспитанников, родственников, односельчан, людей своей национальности, представителей своей территории – я их прекрасно понимаю.

Вопрос в другом, что задача – не допустить сознательной провокации, использовать вот эти их действительно чистые помыслы и чувства, которые мы обязаны в них как бы пробуждать.

Если будут они, к примеру, к борьбе равнодушны, залы будут пустовать у нас, никто не будет смотреть. Они должны переживать, они должны болеть за своих воспитанников, мало того, они должны быть уверены, что так или иначе в той или иной весовой категории при любых обстоятельствах, какую бы территорию он не представлял, в итоге  на самом ответственном мероприятии в жизни спортсмена – Чемпионат Мира, Европы, Олимпийские игры, будет выезжать спортсмен, который наиболее достоин. Человек, который способен решать самые серьезные задачи.

Маленький пример. Мне предъявили американцы очень жесткие обвинения после Олимпийских игр. Была попытка действительно обвинить меня в том, что я так или иначе влиял на исход результата борьбы на Олимпийских играх. Я достаточно фундаментально к этому вопросу подготовился, и все-таки борцовское мировое сообщество и руководство Международной федерации однозначно приняло мою позицию. Объясню почему. Было несколько встреч, по которым шел диалог. Я предложил следующее: давайте открыто берем мировую борцовскую карту, задаем людям, которые никак не аффилированы в проблематику, которую мы сегодня обсуждаем, то есть они ни за белых, ни за красных, они – нейтральные люди. Олимпийские чемпионы, великие тренеры, известные судьи нынешние, в прошлом. И давайте отправим им некий опросник, именно по этим спорным схваткам. И вы знаете, мнения разделились ровно 50 на 50. Одни сказали там, к примеру: был один бал, к примеру, в сторону русского борца.

— Да, решает же все один балл все, как правило.

— Да, ровно 50 на 50, половина профессионалов – тренеров, олимпийских чемпионов, чемпионов мира, тренеров известных, которые не заинтересованы никак.

50 процентов ровно сказали так, 50 сказали по-другому. Ну, что теперь мне взять биту и бегать сражаться со всеми или там стравить их, чтобы они убивали, дрались друг с другом? 50 на 50, единого мнения не было по этому вопросу. Это живой организм. Не всегда судья с такой динамикой, в таком напряжении.

— Вы хотите сказать, что только живая…

— Именно это я хочу сказать, настолько динамика, настолько экспрессия, настолько накал и ответственность присутствуют на ковре и вне ковра, что не всегда судья имеет возможность даже сориентироваться по поводу качественного определения действия. Для этого у нас и есть тренерский совет, для этого есть колоссальное влияние региональных президентов федераций. Неужели вы думаете, там Дмитрий Георгиевич Миндиашвили, или Бувайсар Сайтиев, или Абдусамад Гамидов дадут несправедливо отнестись к спортсмену, который их территорию представляет?

Чемпионат по греко-римской борьбе 2016 г. в Грозном. Фото: ФСБР

— Вот как раз в Назрани это и было, все видели, как Бувайсар подошел и защитил справедливость. Разве этого не было? По крайней мере, все так говорят.

— Скажем так: Бувайсар – великий спортсмен. И я думаю, что качество, которое им приобретено в жизни в том формате, в котором он всю свою сознательную жизнь находился – это первое: черное назвать черным, а белое назвать белым.

— Все знают про него, что это так.

— Да, это так. Но тем не менее, я хотел бы сказать следующее: что не все вопросы, которые касаются формирования состава, определения состава, даже столь гениальная личность в мировом спорте, как Бувайсар не может держать на контроле или знать обо всех ситуациях, которые есть.

К примеру: команды выезжают на международные соревнования, в каком состоянии приезжают конкуренты основные, какого результата они достигали? И исходя из этого, комплектуется состав сборной страны.

В состав должен попасть тот спортсмен, который на данный момент способен решить самую серьезную задачу. Я хочу сказать о другом, что при любом раскладе на Чемпионате России или Ярыгинском турнире, который является так же отборочным, ни один представитель или руководитель региональной федерации своего спортсмена в обиду не даст.

— Не только на ковре, но и вокруг ковра – весь зал кипит.

— Начнем с того, что фактически состав, который определяется, его утверждает исполком федерации спортивной борьбы, где тоже не всегда единое мнение есть. И есть разногласия. И благо, что есть в организации люди такого уровня, как Бувайсар Сайтиев. И в том числе, ссылаясь на их позицию, мнение, поддержку, в общем-то, все-таки удается сохранить лидирующие позиции в мировой борьбе.

— Вот смотрите, про судей, хотелось бы эту тему завершить. Еще раз подчеркиваю, что я не являюсь специалистом в вопросе борьбы, тщательно готовился к интервью и совершил такой социологический опрос по проблемам. Говорят, судьи получают такой очень маленький гонорар за свою работу, у них маленькие зарплаты. И поэтому судьи многие зависят от разных коррупционных возможностей. Так ли это?

— У меня нет таких фактов, чтобы кто-то пришел и сказал: «Я знаю, я видел, я готов уличить, я готов обосновать и доказать». Давайте мы возьмем другой формат: можем вспомнить ни одну подготовку – отбор к Олимпийским играм. В какой весовой категории был включен спортсмен в итоге, который был явно слабее спортсмена, который остался дома?

— Опять Лебедев считается и его дагестанский оппонент, который выиграл у него. Весь Дагестан считал, что дагестанец…

— Мусукаев.

— Да, Мусукаев, что он выиграл, а на Олимпиаду поехал Лебедев, который и по возрасту был уже другим, как говорится, он уже был зрелый, опытный спортсмен, выдающийся, безусловно, спортсмен, там и так далее. Я просто в это время был в Дагестане, и эти страсти вокруг меня кипели, честно вам говорю. Я настолько погрузился в это во все.

Исмаил Мусукаев. Фото: ТАСС

— Максим, ну, представьте себе…

— Я еще раз говорю: я с уважением отношусь к Лебедеву, это – выдающийся спортсмен, и судя по всему, порядочный человек. Несмотря на то, что там кипели безумные страсти, говорили – он такой-сякой, я говорил: «Ребят, ну, оставьте парня, ему и так сейчас вот как бы не легко, потому что там тренера давят». Там якуты требуют, чтобы он соответствовал их представлениям о том, что, как говорится, быть первым и так далее. Не все же только в Гунибском или Хасавюртовском районе…

— Ну да.

— Не только же там мир клином сошелся. Но это вот показательный пример.

— Максим, можно один вопрос?

— Давайте.

— Даже понимая, что вы глубоко не погружены в проблематику формирования состава и определения состава, вот вы – главный тренер национальной сборной. Вот у вас в команде свежий призер Чемпионата страны, Чемпионата мира этого года. У вас двукратный чемпион мира в этой весовой категории, с другой стороны, конкурирует спортсмен, который практически на международных соревнования себя нигде не показал и нигде не застал, он их спортсмен и вообще нигде не выступал. Заранее ваша симпатия, которая обусловлена определенной логикой…

— Ну логика такая, что, конечно, мне нужна победа. И конечно, я буду делать ставку на того, кто…

— Ставку на того спортсмена.

— Но здесь есть момент: я, допустим, как непрофессионал, был уверен, что не бывает борцов сильнее Биляла Махова. Я видел Биляла на борцовском ковре, видел его как человека. И мне казалось, что этот  человек-машина, понимаете, но он же проиграл сразу. Очень обидно проиграл в Бразилии.

— Да, и к сожалению, проиграл далеко не самому сильному борцу.

— Выигрывая там перед этим еще.

— Олимпийские игры.

— Да, поэтому я тут не могу вообще рассудить. Это, наверное, вы можете, Джамбулат Тедеев может, Сажид Сажидов, Бувайсар, Алихан Харсиев, люди, для которых борьба – это абсолютная жизнь, вы специалисты, маэстро в этом вопросе.

— Мало того, понимаете, мы же несем друг перед другом колоссальную ответственность. Начнем с того, что в 90-е годы, когда олимпийское движение фактически никому не нужно было и многие просто махнули рукой на ценности, которые формировались десятилетиями, на те идеалы, на совершенно гениальную победную летопись, которая была. И вот такие оставшиеся цементировали, в том числе, сборные команды. И тогда в команде были такие, как Бувайсар, он настоящим лидером был, и Джамбулат Тедеев, он не простую ношу взвалил на свои плечи, став главным тренером национальной сборной. И те же Алихан Харсиев, а Омар Муртазалиев.

Михаил Мамиашвили, Анзор Болтукаев, Арсен Фадзаев, Алихан Харсиев. Фото: ФСБР

— Выдающиеся имена.

— Да, это люди, которые фактически сделали продолжение победных традиций, сохранение спортивной борцовской идеологии, делом своей жизни. Не могу не вспомнить с благодарностью Сулеймана Керимова.

— Я не могу не задать вам вопрос про то, что очень многие критикуют Джамболата Тедеева. Вы, наверное, знаете эту критику. Вы же человек живой и общаетесь со всеми, находитесь в массе борцов, как говорят. Вы знаете о чем идет речь.

— Максим, хотите один маленький пример?

— Конечно, хочу.

— Я не буду называть фамилию, но очень достойный, очень большой мой друг, большой спортсмен, все время с критикой о судействе. Я предложил: давайте так – ты на этом чемпионате будешь главным судьей соревнований? Вот подбирай судей формируй сам по своему списку, ты знаешь этот перечень. Выбери, расставь, контролируй. Ни один человек взять на себя такую ответственность не захотел. В том числе, это мой большой друг. Еще раз: он находится на ключевой позиции.

— Вы Джамболата имеете в виду?

— Конечно. Он находится на ключевой позиции. По поводу судейства я имел в виду другого человека

— Я понимаю.

— В данном случае я вернулся к Джамболату. Он находится на ключевой позиции. И любое решение, которое он принимает, за него здесь и сейчас он несет ответственность. И это всегда так или иначе вызывает бурные обсуждения. Всегда человек находится под критическими стрелами. И я не исключаю, что бывают моменты, когда та критика, которая адресуется в адрес главного тренера, он не беспочвенна, он тоже живой человек и имеет право на сомнение, на ошибку. Моя позиция здесь: не идти по пути конфронтации. Наоборот: путем диалога, подставить свое плечо и поддержать и разобраться в ситуации.

Джамболат Тедеев и Михаил Мамиашвили. Фото: Спутник Южная Осетия

Еще раз хочу подчеркнуть: настолько специфический организм, который называется «спортивная борьба» и наша организация, фактически у нас нет тех представителей, с кем бы ни посчиталось руководство федерации или начиная по их статусу, по их значимости или по их вкладу в дело развития нашего любого дела.

— Вопрос от Дагестана… Опять Дагестан, сами понимаете, в борьбе российской занимает такое особое место, Хасавюртовская школа, Кизлярская школа, и так далее…

— Махачкалинская.

— Да, Махачкалинская школа. В общем, Дагестан – это Дагестан в борьбе, хотя, уважение огромное и к Ингушетии, и к Чечне, Кабардино-Балкарии, к Осетии, естественно, которая дала…

— Арсена Фадзаева, Махарбека Хадарцева,

— Хаджимурата Гацалова.

— Вадима Богиева, Хаджмурата Гацалова. Целая плеяда выдающихся спортсменов.

— Выдающиеся борцы и люди замечательные.

— Казбек Дедегкаев, гениальнейший тренер совершенно…

Продолжение следует…

 

КАВПОЛИТ

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

3+

 

Михаил Мамиашвили: Виктор Лебедев был одним из лидеров в своем весе

1 комментарий

Добавить комментарий

 

Ваш e-mail не будет опубликован.

 

Отправляя комментарий, я принимаю Пользовательское соглашение