«Алиевская оттепель», или Тайны азербайджанской госбезопасности


Весна этого года в Азербайджане отметилась не только военной кампанией в Карабахе, но и мерами по либерализации отношений режима с оппозицией.

В апреле азербайджанские власти отпустили на лечение в Нидерланды Арифа и Лейлу Юнусовых – известных общественных деятелей и правозащитников, осужденных в августе 2015 на длительные тюремные сроки, а осенью того же года выпущенных из тюрьмы под домашний арест. За месяц до этого, 18 марта этого года, по указу Ильхама Алиева о помиловании, на свободу вышли более 100 политических заключенных, ранее осужденных на длительных сроки. В количественном пересчете, Ильхам Алиев освободил от тягот тюремного заключения около трети от всех осужденных «политических». Что это? По данным РИА «Дербент» , это что угодно, только не смягчение политического режима в Азербайджане. Все куда сложнее.

«Шпионы», «наркоманы», «хулиганы»…

По словам экспертов и наблюдателей, такое следование принципам демократии и прав человека для властей Азербайджана скорее нетипично, чем обычно. Особенно удивило наблюдателей мягкое отношение властей к супругам Юнусовым. Стоит напомнить: Ариф и Лейла Юнусовы не столь давно были объектом особо жестких репрессий со стороны госбезопасности и правосудия Азербайджана и именовались практически официально «армянскими шпионами» и особо опасными врагами. В августе 2015 года, находившиеся уже более года под стражей пожилые больные люди, были приговорены к длительному тюремному заключению. Но в конце 2015 года, спустя неполных три месяца после вынесения приговора, «особо опасные враги» внезапно оказались достойны снисхождения. Сначала Юнусовых выпустили под домашний арест. А весной 2016 года бдительная азербайджанская Фемида почему-то отпустила официально отбывающих сроки оппозиционеров лечиться в Нидерланды, не приставив к ним ни конвойного сопровождения, ни даже одного-единствен ного офицера полиции. Этот акт милосердия был совершен по отношению к «особо опасным армянским шпионам», спустя какие- то несколько дней после наступления затишья в Карабахе…

Наблюдатели немало удивились, увидев, кого в Баку решили помиловать указом от 18 марта 2016 года. Среди них: признанный «Amnesty International» узником совести Сирадж Керимли, бывший управделами президента Азербайджана Акиф Мурадвердиев, известный оппозиционный журналист Парвиз Хашимли, несколько активистов молодежного движения «Nida» а также талышский общественный деятель Гилал Мамедов – редактор газеты «Голос талыша». Несмотря на то, что всем этим людям инкриминировали уголовные статьи (в основном, распространение наркотиков), реально они были осуждены по политическим мотивам, то есть входили в категорию «особо опасных». Активистам молодежного движения «Nida» Мохаммеду Азизову, Рашадату Ахундову и Рашаду Гасанову на следствии инкриминировали ни много ни мало как шпионаж в пользу США и подготовку в Азербайджане «арабской весны». По «шпионскому» составу, только в пользу Ирана, на следствии проходил осужденный в итоге за распространение наркотиков талышский общественник и ученый-математик Гилал Мамедов.

Считается, что либерализм режима Алиева по отношению к тем, кого он не так давно записал в категорию особо опасных врагов государства и приговорил к длительным тюремным срокам, обусловлен одним фактором – давлением международных правозащитных организаций. В ряде случаев это верно. Но только фактом международного давления на Баку картина не исчерпывается. Тем более, что «алиевская оттепель» весны 2016 года оказалась избирательна. Практически параллельно с помилованием около трети политических в Стране огней развернулось преследование писателя Акрама Айлисли, автора запрещенного в Азербайджане романа «Каменные сны». На известного за пределами республики писателя и переводчика «шьют» дело якобы о хулиганстве, чтобы иметь предлог для отправки Айлисли в тюрьму. Всем в Азербайджане понятно, что для 80-летнего писателя тюрьма может стать последним домом в его жизни. Формальный повод для преследования Айлисли, как и по многим схожим с ним делам, в буквальном смысле высосан из пальца.

Папка «Химика»

Любая госбезопасность имеет свои секреты. На то, что в темной комнате уже бывшего Министерства национальной безопасности Азербайджана кроются черные кошки, указывает одна важная деталь. Точнее еще одно имя в списке помилованных указом от 18 марта. Это Неймат Панахов – руководитель Народного фронта Азербайджана, инициатор и участник массовых расправ над армянами Баку в начале 1990 года, впоследствии – государственный секретарь Азербайджана в администрации президента Абульфаза Эльчибея. В 2011 году Панахов был отправлен в тюрьму официально «за хулиганство», а по факту – за активную оппозиционную деятельность, направленную на смену политического режима в Азербайджане на более жесткий. Ильхама Алиева Панахов обвинял в потворстве армянским оккупантам и излишнем подобострастии перед Западом и считал, что правящий режим ведет страну к краху. Зная отношение Алиева к такой критике, реакция азербайджанской Фемиды по отношению к Панахову была закономерна и объяснима. Еще на следствии по его делу в 2011 году говорили, что из тюрьмы он не выйдет очень долго. Но, на удивление наблюдателям, особо опасному «политическому» Панахову не стали крутить нового состава преступления, а помиловали и выпустили на свободу, как обычного хулигана или мелкого вора.

Неймат Панаховруководитель Народного фронта Азербайджана

Азербайджанские эксперты в беседе с автором объясняли случай с Панаховым очень просто. Для режима Алиева, говорили они, бунтовщик вроде Панахова – свой, проверенный насквозь человек. В качестве подтверждения, они советовали ознакомиться с вышедшими в 2013 году мемуарами бывшего председателя КГБ АзербайджанаВагифа Гусейнова. Повествуя в этой книге о перестроечном Азербайджане, Гусейнов показал Панахова, а также Эльчибея, Этибара Мамедова и других радикалов-оппози ционеров того времени как проверенных марионеток КГБ Азербайджана, ниточки которым дергал сидевший тогда в тени Гейдар Алиев. Как вспоминал Гусейнов, даже наделавшая скандала история с тем, как в 1988 году активисты «Народного фронта» сломали заграждение на границе с Ираном, дабы «воссоединить несправедливо разделенный азербайджанский народ», была не импровизацией Панахова и Ко, а выполнением «особого боевого задания», полученным от людей Алиева. Такими же «секретными инструкциями» Панахов следовал, когда призывал азербайджанцев к армянским погромам. «На кого в советское время в КГБ Азербайджана было досье — комментировали эксперты случай с Панаховым — тот остался в оперативных разработках азербайджанской госбезопасности и поныне. В действиях этих проверенных кадров, даже преступных, не надо думать, зачем они делают это. Надо знать, для кого они делают это».

Гейдар Алиев однажды сказал: «В Азербайджане оппозиция может быть только в двух местах: или в тюрьме, или за рубежом. А та, что на свободе – это мои люди». При каких обстоятельствах «человек-аэропор т» это произнес, автору материала поведал свидетель – ныне проживающий за рубежом бывший высокопоставленн ый сотрудник правительства Азербайджана. Собеседник, ссылаясь на свою известность на родине, предпочел не разглашать своего настоящего имени, представившись Азизом Гурбанлы.

«Я расскажу Вам поучительную историю, которая произошла много лет назад между мной, Гейдаром Алиевым и Расулом Гулиевым, бывшим председателем Верховного Совета Азербайджана, — говорит Азиз Гурбанлы — Дело было в середине девяностых годов. Я и Расул Гулиев заехали к президенту Гейдару Алиеву. Расул обращается к Алиеву: «Гейдар, смотри, какая статья вышла в газете «24 часа»». Накануне эта газета опубликовала материал, где Иса Гамбар ругал президента Гейдара Алиева последними словами. Напомню, Иса Гамбар, по советскому паспорту «Гамбаров» — это ветеран азербайджанского оппозиционного движения, который выступал против Алиева еще тогда, когда того отозвали в начале 80-х на работу в Москву. Когда Алиев вновь стал президентом, Гамбаров возглавил оппозиционное движение, назвав его «Мусават» — в честь партии лидера первой независимой Азербайджанской Республики Мамед Эмина Расулзаде. И вот, когда получивший независимость Азербайджан возглавил партийный хозяин республики, Гамбар не упускал возможность, чтоб публично не выругать нашего президента. Мы удивлялись, что Гамбару все это сходило с рук. Тот порой переходил всякие границы. И накануне нашего визита к Гейдару бею в газете «24 часа», Иса по части ненависти к Алиеву превзошел самого себя».

Как вспоминает Азиз Гурбанлы, Гейдар Алиев долго выслушивал тираду Расула Гулиева, который был оскорблен нападками Исы Гамбара на общенациональног о лидера. «Гейдар Алиев потом посмотрел на искаженное негодованием лицо Расула и… засмеялся во весь голос. Гнев на лице Расула сменился недоумением: что такого смешного он сказал?». Спустя какое- то время, рассказывает Гурбанлы, Гейдар Алиев пригласил его к себе. На столе у президента лежала желтая папка-скоросшива тель. Гейдар протянул Гурбанлы эту папку со словами: «Читай!»

«Папка называлась «Вербовка агента «Химика»», — рассказывает Гурбанлы — Начинаю читать – понимаю, отчего так смеялся Алиев… «Химик» — это был оперативный псевдоним отца Исы Гамбара Юниса Гамбарова – известного азербайджанского химика, академика. Из папки следовало: выдающийся ученый, гордость азербайджанской науки, совмещал научные занятия с секретным сотрудничеством в пользу КГБ АзССР. Он доводил до нужного сведения слова и дела своих коллег, друзей, близких. У меня глаза на лоб полезли. Гейдар это увидел и говорит: «А теперь открывай последнюю страницу». Открываю, там написано: Юнис Гамбаров в таком-то году был привлечен к сотрудничеству полковником Алиевым Г.А. Президент говорит: «Вот так. Отец Исы на меня работал». Потом, как рассказывает Гурбанлы, Гейдар Алиев сказал, что в Азербайджане оппозиция может быть только в двух местах: или в тюрьме, или за рубежом. «А та, что на свободе – это мои люди», — заявил бывший партийный хозяин советского Азербайджана.

Как это делалось в Нардаране

«У нас, азербайджанцев, наиболее хорошо развиты способности к торговле, — говорит Азиз Гурбанлы – Наша так называемая оппозиция – это тоже торговцы. Главная задача азербайджанской оппозиции – продавать, показывать Западу то впечатление, которое нужно властям нашей страны. И больше ничего. Оппозиция обращается с властью так, как ей указывает власть, а власть обращается с оппозицией, так, чтобы оппозиция сохраняла лицо противников власти. Этот алгоритм взаимодействия был выработан до тонкостей еще в те времена, когда Гейдар Алиев работал в КГБ Азербайджанской ССР. Нынешний политический расклад в республике — партии, движения, диссиденты и т.д. – складывался при непосредственном участии отца Ильхама Алиева. То, что сейчас на выборах в Азербайджане народ или отдает голоса за правящую партию «Новый Азербайджан», или не голосует вообще, означает только одно: народ давно понял, что такое есть на самом деле так называемая азербайджанская оппозиция. Конечно, приезжающие в республику иностранные эксперты, журналисты, наблюдатели возмущаются: дескать, ах какая авторитарная система в Азербайджане, как тут бедных оппозиционеров обижают… Мы, знающие люди, слушая это, смеемся так же, как некогда смеялся в лицо Расулу Гулиеву Гейдар Алиев».

Волнения в Нардаране

Далее Азиз Гурбанлы, подтверждая свои выводы, изложил свое видение выступлений в пригородах Баку Нардаран и Маштага, которые произошли в конце октября – начале ноября и закончились полицейскими операциями. «После этих событий из Талеха Багирзаде, объявленного инициатором подготовки смены режима в Азербайджане на шиитскую теократию, за рубежом стали делать бедную овечку. А это вовсе не так. Талех, конечно, думал своей головой, но в плане своих выступлений в мечетях Нардарана, Маштаги и Гянджи он руководствовался не столько своим рассудком, сколько указаниями других людей, о которых у нас в республике вслух не говорят».

Гурбанлы рассказал, как в конце октября прошлого года Багирзаде беспрепятственно проповедовал в Нардаране и Маштаге после того, как участвовал в массовых акциях шиитов в Гяндже, протестовавших против того, что мэрия закрыла для верующих шиитскую мечеть «Шах Аббас». Настроения шиитов в городе в то время походили на восстание. Раздавались призывы к свержению «безбожной власти Алиевых», которая, дескать, не дает мусульманам молиться Аллаху, потому что сами казнокрады и безбожники. Багирзаде вещал протестующим шиитам Гянджи, что действующий режим в Азербайджане должен быть заменен «на более угодный Аллаху», то есть основанный на Коране и основах шиитской религии.

Митинг, конечно, разогнали, но Багирзаде остался на свободе и благополучно отбыл в Баку. Подумайте, почему? Вся полиция города слышала, как он призывал к свержению действующей власти, перевес сил в городе был в пользу силовиков. Почему же Талеха, наговорившего на хороший тюремный срок и имевшего отрицательную характеристику в госбезопасности, не тронули, и даже дали ему скрыться? Почему полиция и МНБ Азербайджана потом закрывали глаза на то, как он настраивал шиитов Нардарана и Маштаги «отправить езидов Алиевых к их хозяину — Даджалу»? У нас и за меньшее арестовывают и сажают, а Талеха почему- то не тронули. Подумайте об этом».

Кто такой Талех Багирзаде, в госбезопасности знают давно, — продолжает собеседник РИА «Дербент» — Сам Талех способствовал такой «известности». В марте 2011 года, на похоронах основателя «Исламской партии Азербайджана»Аликрама Алиева я его прямо спросил, чего он вообще хочет. Он: «Я хочу заниматься религией, исламскими науками. А власти мне этого делать не дают». Я сразу понял, к чему он клонит: он хочет стать азербайджанским Хомейни.

Позже, когда лишних ушей поблизости не было, я посоветовал ему помнить о судьбе самого покойного Аликрама хаджи Алиева. Судьба основателя «Исламской партии Азербайджана» у всех на виду. Этот уважаемый человек несколько раз сидел в тюрьме по политическим обвинениям. Его предавало самое ближайшее окружение – его родные и близкие, которым он в узком семейном кругу ведал самое сокровенное. В первый раз он сел по доносу на три года в 1996 году. Во второй, в начале нулевых годов – на шесть лет, из которых отбыл едва год, после чего его внезапно помиловали и отпустили.

Спрашивается, почему его сажали на столь короткие сроки, хотя инкриминировали ни много ни мало государственную измену, а потом отпускали как ни в чем не бывало? А вот почему. В азербайджанском политическом изоляторе следователи из госбезопасности практикуют «сокровенные разговоры по душам», после которых человек готов подписать не читая любую бумагу, которую ему дают на допросе. Помимо этого администрация тюрьмы по указаниям МНБ «химичит» с условиями содержания для отдельных политических. Молодые от такого ломаются за полгода-год, пожилым людям вроде Хаджи Аликрама достаточно и месяца, а то и недели. К тому же, Аликрам Алиев явно догадывался, кто ему «помог» сесть в тюрьму, и поэтому знал, что каждый его шаг отныне известен властям».

«Реально слаб как никогда»

Возвращаемся к теме внезапно наступившей в конце 2015 — начале 2016 годов в Азербайджане «политической весны», за которой последовали акты помилования более трети политических заключенных и другие послабления для оппозиции. Информированный собеседник РИА «Дербент» в Азербайджане на этот счет сказал так: «Режим Алиевых только с виду кажется сильным. Реально он сегодня слаб как никогда. Осенью 2015 года, когда сняли Эльдара Махмудова и отправили всю старую госбезопасность на помойку, в Азербайджане происходила фактическая скрытая попытка государственного переворота.

В этой попытке косвенно участвовал Талех Багирзаде, которого использовали «втемную». Переворот намечался в кругах, наиболее близких к президенту – в окружении его супруги Мехрибан Алиевой. Подробностей рассказывать не буду, но скажу, что Эльдар Махмудов, будучи для видимости человеком Ильхама Алиева, в реальности работал на окружение его супруги.

Эльдар Махмудов

Да и без Махмудова и «подковерок» в окружении президента страны госбезопасность находится не в лучшем состоянии. На работу туда принимают только из своих кланов, за хорошую мзду, а фактическая работа сводится только к тому, чтобы трясти деньги с «объектов» — людей или групп людей, которые вовлечены в ту или иную разработку. Большая часть офицеров госбезопасности — в отвратительной физической и моральной форме. Многие за годы службы ни разу пистолета в глаза не видели. Люди не знают, собственно, за что служат. В Азербайджане нет государственной идеологии. Единственная идеология в стране выражается в двух словах — «плати-лети».

Кроме этого, говорит собеседник агентства, с 2015 года Азербайджан впал в еще большую зависимость от политической воли Запада. «Вместе с ценами на нефть упала добыча ее добыча, а поскольку из-за падения цен на нефть лишних нефтедолларов нет, разрабатывать новые месторождения не на что, — говорит азербайджанский информированный источник. — Газопроводы в Турцию не заполняются в нужном объеме. Без нужного объема углеводородов в хранилищах и трубопроводах режиму Алиевых нечем крыть перед Западом. А без углеводородов Алиевы Западу и не очень-то нужны. Куда более актуальны для Запада проекты по «цветной революции» в Азербайджане, чтоб путем дестабилизации ситуации в стране раскачивать Южный Кавказ а далее — Иран. Алиевы об этом всем знают, поэтому, как бы они не хотели, вынуждены отступать и прогибаться перед Западом. Особо подчеркиваю, перед Западом, а не перед Россией».

Ашурали Ашуралиев, специально для РИА «Дербент»

Для звонков, SMS-сообщений, отправки фото и видео посредством WhatsApp: +79634201548 E-mail: info@riaderbent.ru
 
РИА «Дербент» в

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.



Добавить комментарий

 

Ваш e-mail не будет опубликован.

Отправляя комментарий, я принимаю Пользовательское соглашение