Максим Шевченко: Выделение русского народа как особого будет иметь серьезные последствия

Мои соображения по поводу проекта Закона о российской нации, разосланные членам Совета по межнациональным отношениям при Президенте РФ… 

Я считаю, что положение о том, что «в преамбуле отмечается особая, объединяющая роль русского народа, его культуры и русского языка как исторической основы российской государственности, их определяющей роли в утверждении общероссийского самосознания (идентичности) и укреплении единства многонационального народа Российской Федерации (российской нации)» — крайне опасно.

Нам представлен проект закона, а не концепция и не записка о стратегическом развитии. А в законе немыслимы спорные или двояко, а то и трояко, трактуемые положения.

Фиксация на уровне федерального закона особой роли какого-либо народа в становлении государственности, большого или маленького — это мина под эту самую государственность, тем более, если она федеративная в многонациональном государстве, носителем суверенитета и источником власти в котором, согласно Основному закону этого государства (Конституции РФ) назван «многонациональный народ».

Тем более, что положения об «определяющей роли русского народа и его культуры», «как исторической основы российской государственности» и в утверждении «общероссийского самосознания» — весьма спорно.
Эта мысль хороша на отчетных партийных съездах и общественно-неменклатурных ассамблеях, где зал ждёт момента, чтобы поаплодировать начальству, поскольку звучит эта мысль эффектно.

Но так, за рамками «спецаудитории» спросим себя откровенно — о какой культуре русского народа, как основы государственности, идёт речь?

Описанной Афанасьевым или Шергиным? Далем или Шукшиным? О Достоевском и ТолстомЧехове и Горьком? Зафиксированной в песнях и сказках?

Народная русская культура, по сути, мало чем отличающаяся (за исключением имён и названий), как и всякая народная культура, от культуры, например, татарской или украинской, или аварской, или грузинской, или чеченской — не могла в принципе «стать основой государственности». Нигде в мире народная культура не является «основой государственности» — может быть, разве, у племенных союзов Африки.

Тем более, что называя источником власти «многонациональный народ», авторы Конституции РФ гораздо бережнее отнеслись к принципам государства, в котором проживают около 200 народов — больших и малых.
Я понимаю, что чисто теоретически мысль об особой роли русского народа отвечает специфике момента — сближению с Китаем, где, на самом деле, есть государствообразующий народ ханьцы-китайцы — и есть все остальные: уйгуры, тибетцы, маньчжуры и так далее. Чувствуют они себя, несмотря на бравурные отчетные доклады ЦК КПК, так себе, судя по прессе.

Но РФ — не ханьская империя, подмявшая и ассимилировавшая всех остальных.

Мы скорее политические и исторические наследники смертельного врага великоханьского Китая — хуннской и монгольской империй, отрицавший принцип этнического доминирования (например, — тюрок) и вводивших понятие политической нации, как основы государственности. В Ясе Чингиз-хана нет этнической доминанты в государстве. Монгол — политическое понятие. Первым монголом, взятым в плен под Балатоном европейскими рыцарями, был — англичанин, поступившийся в армию Бату-хана в Крыму и ставший «монголом» после присяге Ясе. Европейцы так изумились, что сразу же убили его.

И это первая составляющая Российской государственности.

Все это исторические детали, хотя и принципиально важные.

Я считаю, что все народы РФ и окрестностей внесли свой особый вклад в становление и укрепление российской государственности. И выделение русского народа как особого — будет иметь в перспективе самые серьезные последствия.

В частности, вина за кризисы и проблемы государственности будет ложится на ее «основу» и гипотетического строителя этой государственности — русский народ.

А остальные народы окажутся вроде как ни при чем. Кроме этого мы впитали и усвоили европейские понятия о свободе личности, праве нации на самоопределение, концепцию государства западного типа как таковую.
И это — вторая составляющая Российской государственности.

К тому же, именно как основа российской государственности, мысли АристотеляПлатонаГегеляФихтеКанта,ШеллингаМарксаСергия РадонежскогоЧингисхана, старца Филофея и многих других мыслителей и политиков, в конце концов, гораздо с большим основанием могут считаться таковой основой, нежели абстрактная культура русского народа.

А, если говорить о русской культуре, то переведённые на русский язык ШекспирБайронГётеДиккенсМопассан,Майн РидДжек Лондон и Хемингуэй (и ещё десятки имён) — стали такой неотъемлемой частью нашей интернациональной культуры, что впору считать их русскими.

Иное дело — русский язык. Он является главным политическим языком России, языком политического российского проекта и становления российской политической нации. Его роль необходимо зафиксировать в законе обязательно.

Суть России и российской политической нации — не разъединять, а соединять народы. Не противопоставлять их, а собирать. Поэтому мы — федерация, а не Поднебесная.

Все народы сыграли особую роль в становлении российской государственности, все — и не только коренные, но и европейские, особенно — немцы, финны, евреи и поляки.

И ещё одна деталь, которая бросилась в глаза в проекте — в качестве субъекта национальной политики не названы народы.

Хотя понятие народ (народы) встречается в законе до и после этой главы.

Это мне представляется ошибкой или упущением. И это вызовет критику в наш адрес.

Надо бы нам додумать, как включить народ (народы) в число субъектов национальной политики в РФ.
А также, возможно, включить те регионы РФ, которые имеют статус национальных субъектов.

 

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

6+

Максим Шевченко: Выделение русского народа как особого будет иметь серьезные последствия

3 комментария

  1. В стране мало делается для института семьи…население вымирает вот проблема которую следует решить…

    1+

Добавить комментарий

 

Ваш e-mail не будет опубликован.

 

Отправляя комментарий, я принимаю Пользовательское соглашение